kirill
kirill 04.01.2016

Что может рассказать архитектура Новосибирска?

Сегодня мы решили не лить воду на новогоднюю мельницу, которая воодушевляет россиян сметать все с прилавков и умирать от пьянства прямо за праздничным столом, оседая цифрами в опустошающих статистиках. Вместо этого мы хотим прочитать архитектуру Новосибирска, все еще пахнущую типографской пылью.

wSp79RGUw-M

Нужно изрядно согрешить по меркам любой конфессии, чтобы родиться в Новосибирске и быть обреченным на ежедневные столкновения с длинными толстовскими улицами на серых страницах российской экзистенции.

Любая улица — строчка в архитектурной книге города, которая отражает историческую память, вековую судьбу и почерк автора, это бетонные ноты, способные тащить за собой музыкальный шлейф сталинской эпохи. В Новосибирске же улицы выжжены паяльником скорби, выцарапаны наспех исполинскими когтями мороза и ржавым гвоздем сибирского колорита. Такой способ написания «текста» (советской копипасты) и насильного заключения коллективной исторической памяти в тот или иной объект не может быть вечным, со временем остатки былой роскоши начинают покрываться живительной меланхолией, бесконечные архитектурные раны начинают зарастать, согнутые в коленях улицы в знак покорности — выпрямляться, разрушая при этом сам «текст» и все окружающее.

pfnikwLxOfg

Если попросить архитектуру Новосибирска рассказать о себе, то она не будет кокетливо отводить глаза, спотыкаться в ответе и прятать лицо под взвесью заводских выбросов, она прекрасно знает, что беспощадная Сибирь снимет с нее налет фальша и выставит в чугунных кружевах на всеобщее обозрение.

В других странах, когда высекают архитектурный текст, строители выглаживают камни хорошим настроением, щекочут гвоздями деревянные предложения мягким спокойствием и размеренностью, завершая мысль, плавно коронуют ее крышей и ставят на городскую полку для медленного чтения культурного контекста. В Новосибирске дерево и кирпичи, из которых строитель чеканил однотипные, но сложносочиненные предложения, кричали от боли, рассыпались щепками в агонии, они сохранили в облупившейся облицовке те чудовищные эмоции, которые испытывали, когда в них вкладывали всю ярость плановой экономики, гнев обмороженных конечностей, новосибирская архитектура стала зеркальным отражением надругательства, гибели, ударов и сопротивления.

В каждом камне города чувствуется напряжение, вибрация страха, он не хотел сотрудничать с рабочим, он не хотел принимать свою участь и нести невыносимый груз и расстрельные пули коммунизма. Кажется, что город затаился в темном углу, поджав свои тощие колени, и ждет пока батя придет с завода и вытащит кожаный ремень и совершит надругательство за невыполненный план. Пожалуй, поэтому Новосибирск — мотивация к бунту и архитектурная память скорби.

Если бы Сизиф жил в Новосибирске, то он бы не толкал камень в гору, а повесил его на шею и смиренно погрузился бы в Обь.

d7c432794a040449caa5d57e90e558f9

Сталинские бараки и дореволюционные царские дома глубоко вросли архаизмами в городской контекст, улицы настолько несентиментальный, что они исключительно перпендикулярны и параллельный друг другу, хрущевские однообразные соты стали инструкцией по применению запойной разрухи рюмочной экономики, граффити маркером подчеркнули ключевые цитаты города, а пластиковые окна окраин стали бестселлерским штампом и знаком, что безнадежный почерк новосибирской антиутопической книги не изменится в ближайшие сто лет. Вот что может рассказать нам архитектура Новосибирска.

B_vLD8GSsvk

Жители Новосибирска невольно начинают вчитываться в этот архитектурный текст в промежуток между домом и работой, засыпать от однообразной скуки, как перед любой другой книгой, и перестают бодрствовать. Бодрствовать — значит жить, кто начинает осознавать цену бодрствования, тот начинает не просто бегло читать Новосибирск с целью прочтения, а искать смысл в каждом перевернутом кирпиче, каждом карнизе с пизанским поклоном, чтобы понять идею сотен тысяч авторов, их уникальный стиль, а главное те мысли, которые не были развиты, а ограничены евклидовой геометрией. Наверное, все путешественники — это благодарные чтецы, а писатели — великие строители.

У каждого писателя есть свой любимый город, который вдохновляет его и учит бодрствовать, для русского любимым городом и нескончаемой книгой должен стать Новосибирск, ведь в Новосибирске главное, чтобы станки работали, а печи сверкали, и коптили внешние стены, маскируя величественный образ русской души. Поэтому наша хамелионная архитектура — кафкианская проза на руинах Российской империи, где нужно искать свой собственный смысл между строк, а не в каллиграфических кирпичах.


в центре внимания Вернуться на главную

видео дня Премьера клипа The Kills - Siberian Nights
цифра дня 30 Столько процентов дорог было отремонтировано в Новосибирске