kirill
kirill 04.12.2015

Восставший из ада: Иосиф Бродский




Рекомендуем читать с завыванием.

Поэ -боксер в тяжелой весовой категории. Он должен доминировать на ринге, бить словами со страшной силой, вести бой и периодически отправлять выравнявшего пульс читателя в нокдаун метафорами, эпитетами или тяжелой, раздутой до размеров Везувия, мыслью. Сейчас поэзия стала эпидемией, проказой, которая ломает разлитую по страницам идеологию, диагнозом уровня «фотограф», кровоизлиянием в бумагу, одноцветной раскраской в детских руках повзрослевших людей и никто не в силах отнять ее, чтобы засунуть подальше в ж*пу падающим на дно филологам. Поэзия умерла, мы убили поэзию, и пока половина населения рифмует, образуя пузырьки воздуха в трубке капельницы умирающего творчества, в нашем адском сачке онанирует Бродский и отвечает на наши банальные вопросы.

819a88381c9d8c4a73d1bfab76821ef6

— Салют, Иосиф, не отвлекаем?

— Нет, все нормально, я уже почти закончил. Задавай вопрос.

— Что для тебя поэзия?

— Весь мир — бумага, а поэзия — воздух бумаги. Все наша жизнь скована рифмой, а у России с поэзией всегда были теплые отношения, как у сиамских близнецов. Поэзия намного шире, чем литературный жанр, это русский феномен, грязь, блохи, правда или обман, свобода, пьянство, дурновкусие, маргинальная любовь. Русская поэзия отвечает на вопросы «как жить?», «как страдать?», «как любить?», это культурная конституция, гладко выбритые мужские гениталии, на которых сидит Правда словно на троне, или запавшая женская п*зда — такая же глубокая, как русский Смысл.

— Так, давайте мы подождем пока ты закончишь, а то у тебя сравнения слишком тематические.

— Не выходи из комнаты, не совершай ошибку.

Зачем тебе Солнце, если ты куришь Шипку?

За дверью бессмысленно все, особенно — возглас счастья.

Только в уборную — и сразу же возвращайся.

О, не выходи из комнаты, не вызывай мотора.

Потому что пространство сделано из коридора

и кончается … все. Я все!

— Замечательно. Почему поэзия никогда не стеснялась своего зрителя? Ведь многие маскировали сеткой иронии политические вопросы и за это получали прописку в Сибири.

— Поэты ухитряются создать вокруг себя социальную или политическую помойку везде, где их бы не посели. Поэтому Сибирь, Запад и петля нас никогда не пугали. Поэт должен обслуживать вкусы простого народа, создавать резонанс в сердцах, быть градусником под волосатой подмышкой нигилизма и греть душу, как грелка, во время политической лихорадки. Во времена массовых репрессий и царской цензуры многие поэты действительно шептали в ухо народа и либеральной интеллигенции, эти периоды можно назвать «теневой поэзией», а поэтов — шифровщиками, но от этого суть, божий замысел не изменился: поэты продолжали топить глаголом страхи и молчание маленькой планеты, как маленьких котят в ведрах,  подбрасывать строчки в свой бунтарский факел и подсвечивать фонарем правды истинный путь. Поэт — служитель народной изнанки, санитар государственного шва, он обрабатывает своим творчеством зашитый надрез истории и периодически ставит обезболивающее с надеждой.

odinochestvo-krovat-devushka-dom-Favim.ru-99020

— А что сейчас стало с поэзий? Современники ее буквально изрешетили ножом мейнстрима, покалечили до неузнаваемости.

— Давай начнем с того, что я стал огромным фетишизированным костром, который выжег необразованные леса, оставив лишь обугленные головешки в растянутых шарфах. Вокруг них — черная пустота, незаполненный вакуум, пепельная туча и искаженный мир. Я стал спасательным кругом для пубертатной заносчивости, щетиной глупости и серьезной гримасой на лице миллиона людей. Большинство заперли себя в Бродском, сидят взаперти, ублажают себя моей покойной реальностью и сваливают свои мысли на меня. Кому это нужно? Только коммерции! Мне до сих пор не понятно, как результаты моих маленьких и дешевых размышлений, которые я выдавливал острыми большими буквами, стали такими успешными, когда вокруг столько талантливых авторов и покойных поэтов? Меня нужно читать, а не вчитываться.

Что касается современно поэзии. Она умерла. Люди абортировали поэзию, сделали ее мертворожденной, массово изнасиловали и обрекли на бесплодие, порвали смысловую матку, вывернули сфинктер наизнанку и похоронили в гроб штампов. Твоим современникам стало тяжело нести эстафету поэзии, поэтому они положили ее на конвейер мейнстрима, поэзия стала эпитафией на картинках с цитатами великих поэтов, совершенно безликим и бесполезным суррогатом. Ваш потолок — никотиновые цитаты в статусе с начинкой снобизма. Лучшая поэзия — тишина, а вы еще не научились слышать тишину.

Русские поэты на протяжении веков взращивали слезами, кровью, спиртом, табаком, голодом, болезнями и бессонницей лирический лес, который вы умудрились за 5 лет вырубить его под корень топором лицемерия. Бестолковая саранча!

tumblr_mj9o92JOPS1rd0h0mo1_1280

— Мы давно знали, что поэзию пора запретить на территории Млечного пути и перестать глумиться над трупом. Но как выжить поэзии при остром слабоумии современного мира?

— У тебя паранойя. Поверь, поэзия мертва и вы все кружитесь вокруг нее как стервятники. Поэзия разбилась о дно постмодерна, интернет рассосал ее словно конфету, что тебе еще сказать, чтобы ты отпустил ее? Вам остается только есть поэтические консерванты, нюхать творческие экскременты, которыми заляпали стенки истории плеяда поэтов, запыхано копаться в архивах и собирать по щепкам прогнивший крест, который несли на своих плечах мученики рифмы.

_421352737186017

Вам остается надеяться на старое, ветхое, пыльное, на ту седую рухлядь, которая отточена временем и огнем (хороший поэт сжигает свои работы). Я вас очень прошу, перестаньте мучить поэзию, она не может дать сдачи, вытащите ее кишки из розетки, отключите аппарат искусственной жизни, дайте ей одинокую смерть и триумфальное возрождение через 9 веков из сентиментального влагалища Неизвестного.


в центре внимания Вернуться на главную

цифра дня 570 Столько единиц техники убирали сегодня дороги Новосибирска
видео дня Новосибирские музыканты присоединились к мировому флешмобу The Mannequin Challenge.